Другие публикации

Ветеринарная деонтология

Ветеринария – одна из древнейших и многогранных областей человеческого знания. В последние десять-пятнадцать лет количество ветеринарных клиник по лечению собак и кошек, грызунов, декоративных птиц и рептилий в крупных городах России возросло многократно. Однако, специальных знаний по биологии и основам лечения черепах, кроликов, канареек, голубей, не говоря уже о лечении змей и приматов разных видов, большинство ветеринарных врачей не имеет. «Офисный планктон», наводнивший нашу страну в любой организации, нашёл своё место, к сожалению, и в ветеринарных клиниках, зоомагазинах. Вместе с тем, кроме широты знаний по биологии, экологии, лечению и профилактике заразной и незаразной патологии животных разных систематических групп необходимо в том числе и умение ветеринарного врача общаться, произвести впечатление, убедить владельца животного в правильности поставленного диагноза и в эффективности назначенного лечения. Общаясь с ветеринарными врачами Санкт-Петербурга и других городов России и мира, к сожалению, считаю (А.В., 2014), что высокие профессиональные качества отдельных специалистов затмевает их неправильная речь, «разномастная» спецодежда и некоторые другие негативные моменты, в том числе и профессиональные, которые культурного человека или постоянно бывающего в «хорошо надрессированном» коллективе не заставят больше подойти к дверям «ветеринарки». Часто и сами владельцы животных так ломают русский язык, такими эпитетами награждают своих питомцев, что разобраться в сути непросто. А если владельцем животного является конюх, заводчик любой породы собак (кошек) или тому подобные «квазиспециалисты», то общение при лечении животных зачастую непростое, а почти всегда и напряжённое.

Прежде всего, остановимся на правильном поведении, внешнем виде и мыслях ветеринарного врача. Цель осмотра животного – постановка диагноза! Не назначение бессмысленных капельниц или отправление на УЗИ (томографию головного мозга, биохимическое исследование крови для проведения, например, кастрации [и такие примеры есть в моей (А.В.) практике общения с владельцами животных] и т.д.), а именно постановка диагноза. Не предварительного (в некоторых ветеринарных клиниках – «диагноза под вопросом»!), а диагноза, руководствуясь которым, назначают лечение. Именно сбор анамнеза и клинический осмотр животного даёт основную информацию о болезни и показывает умение ветеринарного специалиста найти подход к животному. Нехорошая тенденция современных клиник и отдельных ветеринарных врачей – «специализация по группам болезней». Появились ветеринарные «терапевты», «хирурги», «анестезиологи» и даже… «кастраторы»! Возможно, каждому человеку что-то близко и интересно, например, методы и способы анестезиологии птиц, но, «перекидывание» - сначала по телефону, потом - вживую в клинике - владельца с животным к «специалисту» показывает непрофессионализм всей организации, особенно, если «хирурга» сегодня нет и просят прийти «когда-нибудь». Да, УЗИ- и рентгенологическая диагностики, восстановление зубов – особые методики, требующие больших технических знаний области ветеринарии, но всему остальному учат каждого студента. Только лень и нежелание (оперировать, к примеру), порождают такие новые «специальности» как даже … ветеринарный врач-администратор!

Безусловно, собственная безопасность необходима, поэтому способы фиксации должны быть отработаны для каждого животного абсолютно. Иллюстрация неправильных действий ветеринарных врачей – в 2007 году в Санкт-Петербургскую городскую ветеринарную станцию для лечения привезли мини-пига, у которого был авитаминоз А. Для инъекции этого витамина свинке массой тридцать килограммов на неё навалились несколько человек, распяли за все конечности, как бога, тогда как можно было просто усилием одного человека поднять животное за задние ноги и на весу легко ввести лекарство. Если, например, фиксировать щегла или волнистого попугайчика в кулаке, он погибнет от удушья, тогда как манипуляции с птицей в руке, когда её голова находится между указательным и средним пальцами, не принесёт питомцу вреда. Частая реакция, наблюдаемая нами (А.В., 2005-2016) на насилие со стороны обезьян – как низших, так и человекообразных, со стороны некоторых собак – дефекация. Это, безусловно, осложняет работу, но, всё, что намечено сделать обездвиженному животному, необходимо сделать (и как можно быстрее!), а потом уже бежать умываться. В ветеринарных ВУЗах учат в основном, обращению, лечению и профилактике болезней сельскохозяйственных животных, поэтому, работая с экзотическими грызунами, птицами и другими представителями фауны, необходимо пополнять свой багаж знаний, чтобы грамотно ответить владельцу о биологии, например, шиншилл, предложить, оптимальный рацион, скажем, скворцу и т.д. В каждой ветеринарной клинике все специалисты должны быть одеты в халаты (брючные костюмы) одного стиля и цвета. Это не всегда имеет место, что иллюстрируют интернет-галереи специалистов некоторых ветеринарных клиник. Отдельные ветеринарные врачи работают вообще в «домашней» одежде, что значительно понижает их статус и, безусловно, является источником болезнетворных начал на повседневном одеянии. Общение с владельцем животного (в простонародье – с «клиентом», но животное – пациент, никак не клиент!) – самая главная часть работы ветеринарного врача. Кроме тщательного опроса хозяина с постановкой уточняющих вопросов, необходимо внимательно осмотреть животное, поставить диагноз, назначить и обосновать последующее лечение. Именно общение с владельцем животного показывает общую культуру ветеринарного врача, которая, во-первых, должна слагаться из правильной русской речи, во-вторых, из грамотного изложения ветеринарных терминов (так, в 2009 году, в одной из ветеринарных клиник Петербурга я (А.В.) своими ушами слышал, как женщина-ветврач спрашивала у владелицы собаки: «И когда у Вас была течка?..»). Другой пример – внутримышечные инъекции, при которых раствор вводят в «котлетку сзади», «в окорочок», тогда как эти кулинарные названия блюд уместны лишь на кухне, но никак не в разговоре о практической ветеринарии – внутримышечно препараты вводят в мышцы бедра! Немного других примеров - газета «Вести Курортного района [Санкт-Петербурга]» за июнь 2011 года: «…в мини-зоопарке коза родила двух девочек», сайт Московского зоопарка, июль 2016 года: «родились еноты, их два – мальчик и девочка». Всё-таки у животных рождаются детёныши, козлята и т.д., а не мальчики и девочки! А термины – болезнь и заболевание, которые применяют к месту и не к месту в общении, в рекламных роликах на телевидении и радио! Болезнь – патология организма, заболевание – охват восприимчивых организмов той или иной болезнью и т.д. «Коктейль», по словам некоторых «ветеринаров» - это многокомпонентная смесь, которую вводят животным внутривенно, тогда как, по-моему (А.В.) мнению, коктейль - алкогольный или безалкогольный напиток, подаваемый в баре. А названия болезней, которые на ходу придумывают чудо-лекари! Такое же опасение непрофессионализмом в терминах высказывает профессор Л.И. Подобед (Украина) в своей статье «Современные «вольности» в терминологии по животноводству – путь к деградации классической зоотехнической науки и практики». Некоторые материалы первичной ветеринарной документации, виденные мною в разных частных клиниках Петербурга – это «шедевр» безграмотности и официальности. Зачастую, в таких записках, выдаваемых в красивых папках владельцу, указаны только его адрес, имя, фамилия, кличка и возраст животного. В одной такой «истории болезни» мною было прочитано (в разделе ДИАГНОЗ: «со слов владельца горбится» (речь шла о нефрите пуделя…).

Отдельное внимание специалистов, и людей, по-настоящему любящих животных, хочется привлечь к таким вопросам гуманизма, как некоторые операции и эвтаназия животных. Такие операции, как иссечение голосовых связок у собак («чтобы не лаяла!»), удаление когтей с первыми фалангами пальцев кошкам («чтобы не царапала мебель и обои!») и экзотическим кошачьим («чтобы не поранила дрессировщика во время представления!») [наглядным примером операции «мягкая лапа» служит чёрная пантера из цирка, живущая в настоящее время в Пермском зоопарке (А.В., 2012)] являются недопустимыми и должны быть осуждаемы не только владельцами животных, но и ветеринарным сообществом. Кто хочет иметь «беспроблемное» животное, пусть приобретёт фарфоровую статуэтку, которая не шумит, не пачкает, не царапает ковры и даже кормить не надо, только раз в неделю пыль вытирать! Другая тема, полное освещение которой не выдержит ни одна книга и ни один электронный ресурс – эвтаназия животных. Хочу коснуться такой реальности сегодняшней жизни России, как создание множества ветеринарных служб, специалисты которых заняты исключительно тем, что усыпляют животных. Эвтаназия – необратимый и последний шаг! Вместе с тем, ветеринарные врачи, занимающиеся только этой манипуляцией, ожесточаются, теряют навыки лечения животных!

Знание биологии животных и клинического проявления болезней, желание и умение общаться людьми – залог успешной работы ветеринарного врача.

Статья опубликована 1 сентября 2016 года.


Google
 
Web www.vetpomosh.ru
Рейтинг@Mail.ru

  

© 2004-2017 Владислав Аронов